Лишь едва слышно шуршали лопасти вентиляторов охлаждения мониторов да доносилось ровное дыхание Дэвида в микрофон, почти прижатый к его рту. – Д-дэвид… – Сьюзан не знала, что за спиной у нее собралось тридцать семь человек.  – Ты уже задавал мне этот вопрос, помнишь. Пять месяцев. Я сказала. – Я знаю.  – Он улыбнулся.  – Но на этот раз, – он вытянул левую руку так, чтобы она попала в камеру, и показал золотой ободок на безымянном пальце, – на этот раз у меня есть кольцо.

ГЛАВА 116 – Читайте, мистер Беккер! – скомандовал Фонтейн.

Он уже собрался идти, как что-то в зеркале бросилось ему в. Он повернулся: из полуоткрытой двери в кабинку торчала сумка Меган. – Меган? – позвал. Ответа не последовало.

Защитники поспешили на свою половину поля. – А ты? – спросил Беккер.  – Что предпочитаешь. – У меня черный пояс по дзюдо. Беккер поморщился. – Предпочитаю вид спорта, в котором я могу выиграть.

Голоса не стихали. Он прислушался. Голоса звучали возбужденно. – Мидж.

Сигналы тревоги гремели подобно грому. Коммандер посмотрел на вышедший из строя главный генератор, на котором лежал Фил Чатрукьян. Его обгоревшие останки все еще виднелись на ребрах охлаждения. Вся сцена напоминала некий извращенный вариант представления, посвященного празднику Хэллоуин. Хотя Стратмор и сожалел о смерти своего молодого сотрудника, он был уверен, что ее можно отнести к числу оправданных потерь.

Фил Чатрукьян не оставил ему выбора.

Когда запыхавшийся сотрудник лаборатории безопасности завопил о вирусе, Стратмор, столкнувшийся с ним на лестнице служебного помещения, попытался наставить его на путь истинный. Но Чатрукьян отказывался прислушаться к голосу разума.

В действительности перехват электронных писем, передвигаемых по Интернету, был детской забавой для технических гуру из АНБ. Интернет не был создан, как считали многие, в эру домашних персональных компьютеров. Он появился тремя десятилетиями ранее благодаря усилиям специалистов из министерства обороны и представлял собой громадную сеть компьютеров, призванных обеспечить безопасность правительственной связи на случай ядерной войны.

– У этого парня зверский аппетит. Смит начал говорить. Его комментарий отличался бесстрастностью опытного полевого агента: – Эта съемка сделана из мини-автобуса, припаркованного в пятидесяти метрах от места убийства. Танкадо приближается справа, Халохот – между деревьев слева. – У нас почти не осталось времени, – сказал Фонтейн.  – Давайте ближе к сути дела.

Агент Колиандер нажал несколько кнопок, и кадры стали сменяться быстрее.

Люди на подиуме с нетерпением ждали, когда на экране появится их бывший сослуживец Энсей Танкадо. Ускоренное проигрывание видеозаписи придавало изображению некоторую комичность. Вот Танкадо вышел на открытое место и залюбовался открывшимся перед ним зрелищем.

Вдоволь посмеявшись, он исчез бы насовсем, превратившись в легенду Фонда электронных границ. Сьюзан стукнула кулаком по столу: – Нам необходимо это кольцо. Ведь на нем – единственный экземпляр ключа! – Теперь она понимала, что нет никакой Северной Дакоты, как нет и копии ключа. Даже если АНБ расскажет о ТРАНСТЕКСТЕ, Танкадо им уже ничем не поможет.

Беккер попробовал выбраться и свернуть на улицу Матеуса-Гаго, но понял, что находится в плену людского потока. Идти приходилось плечо к плечу, носок в пятку. У испанцев всегда было иное представление о плотности, чем у остального мира. Беккер оказался зажат между двумя полными женщинами с закрытыми глазами, предоставившими толпе нести их в собор. Они беззвучно молились, перебирая пальцами четки. Когда толпа приблизилась к мощным каменным стенам почти вплотную, Беккер снова попытался вырваться, но течение стало еще более интенсивным.

Трепет ожидания, волны, сносившие его то влево, то вправо, закрытые глаза, почти беззвучное движение губ в молитве.

Он попытался вернуться назад, но совладать с мощным потоком было невозможно – все равно как плыть против сильного течения могучей реки. Беккер обернулся. Двери оказались прямо перед ним, словно приглашая его принять участие в празднестве, до которого ему не было никакого дела.

От разрыва сердца? – усомнилась Сьюзан.  – Ему ведь всего тридцать лет. – Тридцать два, – уточнил Стратмор.  – У него был врожденный порок сердца. – Никогда об этом не слышала. – Так записано в его медицинской карточке.

Говорите, – сказал он, быстро проглотив пирог. – Джабба, – проворковала женщина в ответ.  – Это Мидж. – Королева информации! – приветствовал ее толстяк. Он всегда питал слабость к Мидж Милкен. Умница, да к тому же единственная женщина, не упускавшая случая с ним пококетничать.  – Как твои дела. – Не жалуюсь. Джабба вытер губы. – Ты на месте. – А-га. – Не хочешь составить мне компанию.

Куда бы ни падал его взгляд, всюду мелькали красно-бело-синие прически. Тела танцующих слились так плотно, что он не мог рассмотреть, во что они одеты. Британского флага нигде не было. Ясно, что ему не удастся влиться в это море, которое раздавит его, как утлую лодчонку. Рядом с ним кого-то рвало. Хорошенькая картинка.

– Но сам он, похоже, этого не. Он… это кольцо… он совал его нам в лицо, тыкал своими изуродованными пальцами. Он все протягивал к нам руку – чтобы мы взяли кольцо. Я не хотела брать, но мой спутник в конце концов его. А потом этот парень умер. – А вы пробовали сделать ему искусственное дыхание? – предположил Беккер. – Нет. Мы к нему не прикасались. Мой друг испугался.

Он хоть и крупный, но слабак.  – Она кокетливо улыбнулась Беккеру.

И, как бы повинуясь неведомому сигналу, между стенами слева от него мелькнула тень. Нет сомнений, что человеческий мозг все же совершеннее самого быстродействующего компьютера в мире. В какую-то долю секунды сознание Беккера засекло очки в металлической оправе, обратилось к памяти в поисках аналога, нашло его и, подав сигнал тревоги, потребовало принять решение.

Он перечитал свою записку и положил на пол возле. То, что он собирался сделать, несомненно, было проявлением малодушия. Я умею добиваться своей цели, – подумал. Потом он подумал о вирусе, попавшем в ТРАНСТЕКСТ, о Дэвиде Беккере в Испании, о своих планах пристроить черный ход к Цифровой крепости. Он так много лгал, он так виноват. Стратмор знал, что это единственный способ избежать ответственности… единственный способ избежать позора.

Он закрыл глаза и нажал на спусковой крючок.

Сьюзан услышала глухой хлопок, когда уже спустилась на несколько пролетов. Звук показался очень далеким, едва различимым в шуме генераторов. Она никогда раньше не слышала выстрелов, разве что по телевизору, но не сомневалась в том, что это был за звук.

Make Life Delicious med Caroline Berg Eriksen og Jan-Erik Hauge – Trailer